Школы в Средневековье

В Средневековье детство заканчивалось уже в семь лет. В этом возрасте дети начинали принимать участие в ремесленном производстве и становились подмастерьями, работникам и служанками. Семилетние сироты должны были с этого возраста обеспечивать себя самостоятельно. Только девочки, если их родители были не слишком бедными, могли остаться дома и готовиться к роли будущей жены и хозяйки.


Азам чтения, письма и счета, если до этого вообще доходило дело, детей обучали родители. Только отпрысков патрициев и аристократов- чаще всего сыновей, но иногда и дочерей - учили частные преподаватели или учителя в школе. 


В деревнях школы были общественными, с элементарной учебной программой, в основе которой лежала Библия. В городах в 15 веке существовало три разновидности школ. Прежде всего, духовные школы при соборах и монастырях, где обучали будущее духовенство. Кроме того, в монастырских школах давали и светское образование. Основными предметами были грамматика, риторика, музыка, геометрия, арифметика, астрономия и религия. 


Альтернативой этим школам были так называемые латинские школы, куда принимали только мальчиков. Здесь все предметы преподавали только на латыни. Даже личные беседы ученики, под угрозой штрафа, должны были вести только на латинском языке. Такие школы находились в ведомстве городского совета, который брал на себя заботы о школе и об учителях. Учителями были духовные лица или обычнык люди, чьи знания не проверяли.
Третьей опцией были письменные и счетные школы. В таких учреждениях учились обычно дети купцов, там также предполаглось трех- или четырехлетнее обучение для девочек. 

 

"Чертов колодец" на церкви Св. Лаврентия, Нюрнберг. Черт уносит школьника, внизу изображены книга и таблица для письма.


В школу дети начинали ходить с шестилетнего возраста. Родители пытались подсластить первое время за партой при помощи бубликов, изюма, фиг, миндаля, которые давали с собой. 


Занятия длились, в зависимости от длины светового дня, до 12 часов. Летом уроки начинались в пять часов утра и заканчивались в пять вечера. 


Кроме учителей, в школах работали многочисленные помощники. Дети были разделены на группы, перевод из одной группы в другую проходил четыре раза в год. Школьники, как и учителя, обязаны были не только присутствовать в школе, но и на церковных службах. 


Телесные наказания были частью обучения. Детей не только щедро секли розгами, но и заставляли часами стоять на коленях на горохе, у позорного столба, носить тяжелые бревна, пить грязную воду или есть из собачьей миски. 


Мартин Лютер так вспоминает свои школьные годы:

 

Школьный управитель достает из ведра с водой розги, бьет и хлещет бедного шалопая по заду; тот орет так, что его слышно через три дома, пока не появляются волдыри и не течет кровь. Многие управители такие злобные дьяволы, что обвивают розги проволокой, переворачивают розгу и бьют толстым концом. Еще наматывают волосы вокруг трости, и так бьют и таскают детей, что даже камни молят о пощаде". 

 

Speculum humane vite. Аугсбург, 1488

Иногда школьников даже калечили побоями. Но, как писал Абеляр в 12 веке: "Кто жалеет розог, ненавидит своего сына".
Розги следовало всегда держать на виду: обычно они висели на стене.

 

В этом возрасте дети склонны более ко злу, чем к добру, поэтому следует держать их в узде. Используй возможность наказывать маленьких детей, но не усердствуй слишком. Частые, но не сильные наказания полезны маленьким детям. Удваивай наказание, если они отрицают свою вину, оправдываются или избегают наказания. И так следует поступать не только до трех, четырех или пяти лет, но, если необходимо, до двадцати пяти", 


- писал монах Джованни Доминичи в 15 веке.
Впрочем, были и гуманисты. Другой итальянец, поэт 15 века Гуарино да Верона утверждал:

"Учитель не должен бить ученика, что заставить его учиться. Это только отталкивает свободную молодежь и вызывает отвращение к учебе. Ученики, таким образом, оскорблены душевно и интеллектуально, учителя обмануты, и наказание вовсе не достигает своей цели. Лучший помощник учителя - дружелюбие. К наказанию следует прибегать только в крайних случаях"


К сожалению, его слова до середины 20 века не имели успеха.


В отличие от мальчиков, девочки, если они не происходили из знатных семейств, не получали интеллектуального образования. Купец Паоло да Чертальдо в 14 веке хорошо сформулировал мнение своих современников
 

Позаботься о том, чтобы мальчик в шесть или в семь лет научился читать. Если речь идет о девочке, отправь ее на кухню, а не усаживай за книги. Девочкам не нужно уметь читать, если ты не хочешь, чтобы она стала монахиней".

Мария Магдалина с книгой, 1435


Родители единогласно стремились привить девочкам самую главную добродетель: послушание мужчинам - отцам и будущим мужьям. Грамота и счет лишь вредили девочкам, а умение ткать и шить поощрялось также у девушек из богатых семейств. Главной заботой родителей было хранить целомудрие дочерей.


Впрочем, к 15 веку ситуация изменилась. От девочек тоже ожидали, что к определенному возрасту они будут уметь читать и писать. Знаменитый нюрнбергский юрист и дипломат Кристоф Шойрль взял на воспитание семилетнюю девочку Анну. Когда она к тринадцати годам все еще не умела "молиться, читать и ткать", Шойрль отдал ее в другую семью, потому что больше ничем не мог помочь ей.


Особенно женщины из купеческих семей должны были уметь читать и писать, поскольку они часто вели деловую перепиcку и контролировали денежный оборот. Для повседневных дел знание грамоты тоже было необходимо: чтобы записывать покупки и расходы. 


Владение арифметикой в 16 веке помогло Сабине Вельзерин при ее громком бракоразводном процессе с нюрнбергским купцом Линхардом Хирсфогелем: она самостоятельно вычислила и предоставила суду сумму, которую должен был выплатить ей бывший супруг. 


Женщины нередко владели личными библиотеками: сначала рукописными, затем печатными. 


В позднем Средневековье девочки в Нюрнберге ходили в счетные школы, хотя число школьниц было меньше, чем школьников. Аристократ Бехайм заранее оплатил обучение в школе при госпитале Святого Духа для своих дочерей Сабины и Магдалены: старшей тогда было пять лет, младшей - четыре года. Сначала детей учили писать на табличках, и лишь когда они умели уверенно пользоваться чернилами, им позволялось писать на бумаге. Бехаймы оплатили обучение для своих дочерей до десяти лет: обычно в этом возрасте девочки прекращали учиться. 


Женщинам разрешалось преподавать в школах, но только младшим детям или исключительно девочкам. Вход в университет или в латинскую школу был для девушек закрыт.

Рыцарь вручает книгу своим дочерям. Гравюра Альбрехта Дюрера, 1493